http://forumfiles.ru/files/0018/dc/3a/75201.css
http://forumfiles.ru/files/0019/82/84/51811.css

Dragon Age: A Wonderful World

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: A Wonderful World » Архивные дела » "Я не потерплю неподчинения"


"Я не потерплю неподчинения"

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Часть I

Имя персонажа:  Meredith Stannard / Мередит Станнард.
Дата рождения:  15 Волноцвета 8:89 БВ.
Раса:  Человек.
Род деятельности:  Рыцарь-командор храмовников Киркволла, в 9:37 Века Дракона окончательно закрывшая вопрос с Кругом магов и заодно почистившая Казематы от всех стрёмных статуй.
Класс и специализация:  Воин/Храмовник.
Способности и навыки:
- В юном возрасте вступив в орден храмовников и имея хороших наставников – таких, как сэр Уэнтворт Кэлл, ставший для девочки вторым отцом, – Мередит не теряла времени даром. Обучаясь искусству боя с упорством, удивлявшим многих её собратьев-храмовников, она научилась мастерски обращаться с двуручным мечом, и вполне эффективно использовать в бою более традиционные для рыцаря-храмовника полуторный меч и щит. С навыком стрельбы из луков и арбалетов дело обстоит заметно хуже.

- Будучи орденским рыцарем, умеет носить тяжёлую броню и ездить верхом. Для боя использует пластинчатый полудоспех, зачарованный на сопротивление магии – в особенности, магии обитателей Тени: демонов и духов.

- Как и положено храмовнику, умеет рассеивать магию, прерывать чтение заклинаний, пробивать магические щиты и вытягивать из мага его силу - особенно сильно способности Мередит действуют на демонов и одержимых. Вместе с тем, сама Мередит практически неподвластна магии крови, и сравнительно неплохо умеет противостоять направленным против неё силам стихийной и духовной магии, благодаря текущему в её крови лириуму. Однако же, защиты много не бывает, и Мередит повелела своему ассистенту Эльзе – усмирённому магу Киркволльского круга - наложить на доспехи командора дополнительные чары, дающие сопротивление магии.

- Проявляет интерес к нетипичному для храмовников оружию из своей коллекции – шестопёрам, эльфийским клинкам, боевым топорам, пехотным копьям – и иногда упражняется с ним. Но особого мастерства не достигла – некогда, да и незачем.

- Наравне с другими рыцарями ордена, обучалась кулачному бою и имела на этой стезе определённые успехи, но демонстрирует своё мастерство нечасто.

- Годы послушничества в Церкви и вменяемая храмовникам обязанность участвовать в церковных обрядах тоже не прошли зря, Мередит хорошо знает Песнь Света и другие священные тексты, которые, при случае, цитирует вслух.

- Помимо торгового языка, сносно владеет орлесианским и может кое-как объясниться на кунлате. Поскольку в прошлом Киркволл пережил орлесианскую оккупацию и нашествие кунари, Мередит не без оснований полагает, что в будущем Вольной Марке ещё придётся хлебнуть бед и с теми, и с другими, и знание языка потенциального врага может оказаться полезным.
Кроме того, по долгу службы ей неоднократно приходилось бывать в Вал Руайо, и было интересно, о чём говорят тамошние обитатели за спиной иностранцев.
Также, испытывая живой интерес ко всему необычному, Мередит пыталась изучать древний тевин, взяв за образец сохранившиеся в архиве документы тех времён, когда городом владела Империя Тевинтер, но самостоятельно в этом вопросе не преуспела, а искать учителя языка среди магов Круга сочла ниже своего достоинства.

- Будучи вхожа в круг аристократов и знати Киркволла, благодаря занимаемому положению, научилась хорошо разбираться в предметах роскоши – особенно, дорогих винах – но сама Мередит к роскоши равнодушна. Вообще же, из-за специфики службы храмовников, которым часто приходится выслеживать еретиков и малефикаров в местах глухих и труднодоступных, Мередит приучена к походной жизни и умеет довольствоваться малым (хотя её официальный рабочий кабинет, в котором рыцарь-командор принимает посетителей, богато украшен и обставлен дорогой мебелью, дабы производить надлежащее впечатление на визитёров). Не испытывает особых затруднений от жизни в полевом лагере и от длительных переходов – пеших, либо конных.

- За время обучения в ордене освоила основы картографии, фортификации, инженерного дела и  медицины. Способна оказать первую помощь на поле боя, вернуть форму затупившемуся клинку или выправить повреждённый элемент доспеха.

- А за время руководства орденским командорством приобрела навыки администратора, эконома и квартирмейстера. Способна организовать жизнь и труд подчинённых во вверенном подразделении. Владеет основами логистики, знает, как функционирует интендантская служба, и способна понять, где и сколько украли.

Имущество:
- Апартаменты в Казематах Киркволла, состоящие из просторного рабочего кабинета, с примыкающими к нему приёмной секретаря и небольшой комнатой отдыха, а также личных покоев в другом крыле Казематов, из четырёх комнат – спальни, библиотеки, гардеробной и умывальной. В библиотеке есть замаскированная дверь секретного хода, через который можно попасть либо в часовню либо в тайные туннели под Казематами. Мередит пользуется этим ходом, чтобы внезапно появляться там, где её не ждут.

- Латный полудоспех, сделанный так, чтобы обеспечить максимальную свободу движений. Доспех дополнительно зачарован на сопротивление магии. К доспеху прилагается положенный храмовникам горшковый шлем для кавалерийского боя. Но поскольку Мередит на лошадь садится нечасто, то и шлем практически не надевает, предпочитая носить золотой венец спасителя города, преподнесённый ей благодарными киркволльцами в 9:21 ВД.

- Именной двуручный меч сэра Уэнтворта, полученный ей в наследство, а также полуторный меч и щит храмовника и кинжал милосердия.

- Коллекция экзотического оружия и доспехов из разных земель, а также необычных амулетов и фигурок, собранная в рабочем кабинете рыцаря-командора.

- Боевой рыцарский конь и конь для разъездов, два комплекта конской сбруи и сёдел.

- Плотная, стёганая поддоспешная куртка с длинными полами и подшлемник, выполненный в виде капюшона.

- Парадно-выходной камзол орденской расцветки, украшенный нагрудной командорской цепью, церковное облачение для торжественных случаев, походная куртка из плотного сукна, со множеством карманов, повседневная куртка, походный плащ- накидка от дождя, штаны кожаные, две пары штанов суконных, три верхние рубашки, три нижние рубашки в комплекте с подштанниками, четыре сменных комплекта нательного белья, пояс, перчатки кожаные.

- Сапоги-ботфорты для верховой езды, повседневные сапоги, полусапожки из мягкой кожи под камзол, холщовые домашние туфли.

- Мыло, губка и скребок для мытья, медная бритва, два полотенца суконных, платок для головы.

- Мешок для вещей, походная сумка, две седельные сумки.

- Кошель с деньгами, зеркало и гребешок, походный письменный прибор, шило, игла, катушка ниток и сапожный нож.

- Столовый прибор, котелок и миска, кожаная фляга, кубок с крышкой, топор для рубки дров, огниво, молоток и точильный камень.

- Ящичек с походным набором флаконов для лириума.

- Связка ключей от всех дверей Казематов, перстень-печатка рыцаря-командора, дюжина шпилек для волос и серебряная зубочистка.

Часть II

Внешность:
- Рост:  180
- Цвет глаз: Ярко-синий.
- Цвет волос:  Светло-русый, серого оттенка («пепельный блондин»).
- Общее описание:
Мередит – женщина в годах, уже переваливших за средние, и сравнительно высокого роста. Сотни часов физических тренировок и упражнений с оружием, обязательных при обучении рыцаря-храмовника, закалили её тело, фигура мускулистая, крепкая, подтянутая. Внешность заурядная, кто-то может найти её даже малопривлекательной – крупные и грубоватые черты лица, тяжёлый подбородок, выступающие скулы, капризный излом бровей. «Гусиные лапки» в уголках глаз, резко очерченные носогубные складки и слегка провисший овал лица выдают возраст, который рыцарь-командор и не считает нужным скрывать.

Волосы густые, длиной до плеч. Ладони крепкие, с натёртыми мозолями от меча и кулачного боя, ногти подстрижены коротко. Голос низкий, хриплый, совершенно немелодичный. Говорит ровно и спокойно, даже когда злится, раздельно выговаривая слова. Тон общения подчёркнуто-самоуверенный, с проскальзывающими нотками высокомерия. В разговоре старается сохранять спокойное выражение лица, скрывая свои эмоции. Удаётся далеко не всегда. 

Внешность Мередит Станнард.

http://s4.uploads.ru/gcKQO.jpg

Характер:
- Страхи и слабости:

Главная слабость Мередит, как и любого храмовника – её зависимость от лириума. Без периодического приёма лириумного зелья быстро теряет силы и не способна чётко мыслить и действовать. Будучи рыцарем-командором ордена, обеспечена лириумом в достаточном количестве, но часто думает о том, существует ли для храмовников способ преодолеть лириумную зависимость.

Боится всего непонятного и необъяснимого. Из-за пережитой в детстве моральной травмы, проявления магии (в особенности, магии крови) боится и ненавидит одновременно.

Боится своего будущего. Не хочет думать о неизбежной дряхлости и потере рассудка из-за длительного употребления лириума. Боится разувериться и потерять связь с Церковью и Создателем – единственными её опорами в жизни – поэтому рьяно ищет в себе и окружающих любые подтверждения правильности своей веры. В глубине души пытается убедить себя, что проживает жизнь не напрасно.

Боится проявить слабину и не справиться со своими обязанностями, даже если эти обязанности сама себе придумала. Из-за этого крайне требовательна к подчинённым и резко реагирует на любую тень сомнения в ней, как в командире. Излишне мнительна.

Стремление держать всё под контролем, вкупе с повышенной мнительностью, приводит к прямо противоположным результатам. Мередит не доверяет никому, кроме себя, но имеет лишь два глаза и лишь 24 часа в сутках, и не может самостоятельно уследить за всем сразу. Поэтому она способна рыть носом землю, пытаясь найти измену там, где её никогда не было, но не увидеть заговор буквально в двух шагах от себя.

Не имеет дипломатического такта и таланта предвидения. Все вопросы предпочитает решать «в лоб», самым простым способом, не обращая внимания на обходные пути, зачастую позволяющие добиться лучших результатов меньшими усилиями.

Полный профан в области кулинарии. Готовить не любит и плохо умеет, и поэтому неприхотлива в еде.

Плохой следопыт и стрелок. В дикой природе, вдали от очагов цивилизации, вряд ли сможет прожить охотой.

Очень боится есть печенье в безлунную ночь.

- Общее описание:
Грубые манеры, острый язык и вредный характер. Крайняя уверенность в себе и своём священном долге. Подозрительность и недоверчивость к людям, граничащая с паранойей. Хронический пессимизм и вечно минорное настроение. Мередит не ждёт от жизни ничего хорошего – во всяком случае, в отдалённой перспективе – и старается жить «здесь и сейчас». Она прекрасно знает, как в старости теряют здоровье и сходят с ума храмовники, под действием накопившегося в их телах лириума, она помнит, как тяжело умирал её опекун и наставник сэр Уэнтворт, под конец жизни переставший узнавать даже её саму – и это знание особого прилива жизнелюбия у Мередит не вызывает.

Многих храмовников из числа тех, чьи молодые годы остались далеко позади, их безрадостное будущее вгоняет в состояние, сродни депрессии, и они ищут отдушину в обильных возлияниях и ласках продажных женщин (недаром в народе так популярна поговорка «пьёт, как храмовник»), но сама Мередит соблюдает в этом деле умеренность. Во всяком случае, захмелевшей её никогда не видели.

Что же касается любовных утех, то рыцарь-командор проявляет в этом деле в целом несвойственное храмовникам неприятие. Рассказывают, что она запросто может нагрянуть в знаменитый киркволльский бордель "Цветущая роза", с целью внезапной дисциплинарной проверки, щедро карая застигнутых при щекотливых обстоятельствах храмовников карцером, церковным покаянием, а то и более серьёзными наказаниями.

Примечание:

Сам по себе секс не является для храмовников криминалом, так как они не дают обязательного обета воздержания, но, учитывая расследование, проведённое рыцарем-капитаном Калленом Резерфордом, в ходе которого выяснилось, что делала с храмовниками, посещавшими "Цветущую розу", одна из тамошних куртизанок - "диковинка с Востока" и скрытый малефикар Идунна - можно согласиться с тем, что рыцарь-командор таки имеет основания запрещать своим подчинённым даже приближаться к этому злачному месту.

Одни видят в этом лишь желание Мередит строго блюсти репутацию ордена и стремление лишний раз припугнуть подчинённых, продемонстрировав им свою власть. Так говорят те, кто верит, что рыцарь-командор движима высокими идеалами – даже если не совсем одобряют её методы.

Другие же хитро намекают, что всё это неспроста, и рыцарь-командор определённо что-то скрывает, пытаясь показным рвением отвести подозрения от себя самой. Ибо давно и хорошо известно, что яростнее всего обличает грех тот, кто сам не без греха.
Ходят слухи, что молоденькие эльфийские служанки, убирающие в покоях рыцаря-командора, периодически проводят там больше времени, нежели это необходимо для простой уборки, а, выходя, загадочно улыбаются. Ходят слухи и о том, что рыцарь-капитан Каллен Резерфорд бывает в кабинете Мередит чаще, чем этого требует служебная необходимость. И, что уж совсем не входит в его обязанности, даже ночью иногда посещает её покои, объясняя свои действия заботой о безопасности рыцаря-командора.
Но подтвердить или опровергнуть эти слухи никто не может, ибо никто из посторонних не имеет доступа в личные покои Мередит - об этом заботятся телохранители рыцаря-командора, набранные ею из наиболее доверенных храмовников, и непосредственно рыцарь-капитан. Спросить же Мередит напрямую желающих тем более не находится

Как бы то ни было, всю энергию, которую Мередит не тратит на выпивку и бордели, она сублимирует в свой служебный долг, борясь с магами-отступниками и малефикарами с энергией, которой хватило бы на десятерых. Сурово и непреклонно. Магов она боится и ненавидит одновременно, стремясь всеми силами нейтрализовать исходящую от них опасность – даже если эта опасность пока никак себя не проявляет.

Её неприязнь к магам безотчётна и прямо проистекает из жуткого воспоминания детства, связанного с гибелью семьи. Пытаясь убедить себя в том, что поступает не субъективно, а в полном соответствии с логикой и здравым смыслом, Мередит установила для себя следующую картину мира:
- Любой маг - это бомба замедленного действия. Вне зависимости от своей натуры, порядочности и силы воли в любой момент он может стать одержимым: под влиянием обстоятельств, из любопытства, жажды власти, по неосторожности, трагической случайности и множеству иных причин. В ЛЮБОЙ момент.
- Любой маг крови - как минимум общается с демонами, как максимум оказывается порабощен ими. Магия крови изначально основана на вызове демона.
- Любой демон - это отвратительная, хитрая, злобная, трудноубиваемая тварь. Единожды вырвавшись на волю с помощью мага, демон сеет смерть, порабощает души, уродует тела. Он один способен причинить зла больше, чем целая шайка отъявленных разбойников.
- Контакт с магом - единственный способ для демона прийти в мир людей. Демон обязательно будет стараться всеми силами использовать этот способ.
- Отличить малефикара от обычного мага - практически невозможно, пока он не начнет прилюдно пользоваться магией крови.
- Чтобы храмовник, да и просто любой другой человек, не маг, стал одержимым, маг должен вселить в него демона насильно. А вот сам маг может стать одержимым и без чужого вмешательства.
Отсюда вывод: любой маг может стать одержимым. Любой маг всё равно что носитель смертельного вируса, он смертельно опасен одним лишь фактом своего существования: может всю жизнь прожить рядом с простыми людьми, и ничего, а может неожиданно поддаться демону и мгновенно разнести заразу, которая выкосит целый город, и хорошо если только один.

Близких друзей практически нет. Мередит, в силу своей суровости и недоверчивого характера, особой симпатии к себе не вызывает – да, собственно, в ней и не нуждается. С людьми, и представителями других рас, как правило, сходится тяжело, предпочитая поддерживать исключительно служебные отношения. Исключения есть, но достаточно редки. Мередит – человек сугубо авторитарный, она хорошо умеет подчиняться и подчинять, но для неё крайне сложно и непривычно выстраивать отношения на равных.

Как положено храмовнику, Мередит предана Церкви и Создателю – хотя, в последнее время церковные догмы начали казаться ей не столь незыблемыми, и она втайне от всех ищет ответы на появляющиеся у неё «неудобные» вопросы. Вместе с тем, она по-прежнему считает Церковь единственной реальной силой, способной противостоять влиянию Тени.

Собирает обширную библиотеку книг, посвящённых Тени, демонам и магии крови, так как считает, что глубокие знания о враге – ключ к победе над ним. Эти книги храмовники по её приказу конфискуют у жителей Киркволла, заезжих путешественников и вообще везде, где могут.

Не доверяет светской власти после того, как наместник Киркволла Перрин Тренхолд предал и казнил предыдущего рыцаря-командора, сэра Гильяна, и старается держать всё под своим контролем. Впрочем, это частный случай её недоверия к людям вообще. Считает, что никто, кроме неё, не способен предвидеть опасность и защитить от неё мирных людей. По её поручению, храмовники собирали компрометирующие материалы против нового наместника Марлоу Думара и представителей знати Киркволла.

Не любит Серых Стражей из-за того, что Стражи, пользуясь правом Призыва, неоднократно принимали в свой орден беглых магов и отступников, тем самым выводя их из-под власти Церкви. Своё негативное отношение не скрывает, но и сотрудничать со Стражами не отказывается - как в силу законов Тедаса, требующих оказывать поддержку Стражам, так и из-за понимания их важной роли в борьбе с Морами.

Мередит – неважный стратег. Долгие часы, проведённые над картой и доскональное обдумывание плана боя – не её стиль, Мередит просто вынимает меч из ножен и первой бросается в атаку. Она из тех командиров, которые предпочитают вдохновлять своих людей личным примером, нежели думать о тактике. Подобный способ действий, довольно эффективен, но обладает и серьёзным недостатком – он работает ровно до того момента, пока вдохновляющий командир жив и способен сражаться. А они довольно часто погибают. Интересной особенностью Мередит является то, что она умудряется выживать даже в гуще самых кровопролитных и жестоких сражений. Именно так случилось на пылающих улицах Киркволла 9:21 ВД, когда немногие уцелевшие после штурма Казематов храмовники были вынуждены сражаться с наёмной армией Перрина Тренхолда. Пикантность ситуации состояла в том, что Мередит в том бою ранили стрелой в колено, но она умудрилась этого не заметить. Стрела торчала из пробитых лат, а Мередит, почти не хромая, вела рыцарей в бой.

Детский интерес Мередит к изучению мира и познанию нового никуда не делся, хоть и несколько ослабел с годами, будучи погребён под грузом ежедневных хлопот. Мередит привлекает всё непонятное и загадочное. В своём кабинете она собрала коллекцию экзотического оружия и доспехов из разных земель (в таком крупном портовом и торговом городе, как Киркволл, подобные предметы появляются у торговцев регулярно), а также  необычных амулетов и фигурок – в том числе и шаманских идолов авваров и хасиндов, что подпадают под перечень предметов, запрещённых Церковью. Владычица Церкви Эльтина закрывала на это глаза, так как Мередит объясняла, что собирает их исключительно для коллекции.

Энергична, честолюбива и властна. Предусмотрительна, хотя и не дальновидна. Часто сквернословит.
Любимый цвет Мередит - синий.
Мировоззрение: законопослушно-злой.

Биография:
Мередит Станнард родилась в Киркволле, аккурат в середине месяца Волноцвета 8:89 Благословленного века в семье обедневших и утративших влияние дворян, волею судеб вынужденных переселиться в Нижний город. Родителей своих она любила, несмотря на то, что сами они были не в восторге от озорства и непоседливости младшей дочери и её стремлений повидать мир – в первую очередь, тот, что находился за городской чертой, - но больше всего маленькая Мередит была привязана к своей старшей сестре Амелии.

Мередит рано научилась читать и писать, родители изо всех сил старались дать детям самое лучшее образование, какое только было возможно в условиях Нижнего города. Они очень надеялись на то, что сёстры, повзрослев, добьются успеха в высшем обществе – быть может, даже при дворе наместника – и возродят утраченную славу рода Станнард. Освоившись с пером, Мередит, по совету отца, начала вести дневник, большинство записей в котором было посвящено любимой старшей сестре.

На разницу между сёстрами обращали внимание все соседи. В отличие от бойкой и по-мальчишески настырной Мередит, Амелия всегда была ласковой и спокойной, замкнутой в себя, очень боялась толпы и громких звуков и никогда не соглашалась составить компанию младшей в её энергичной беготне по городским закоулкам. Вместо этого, Амелия старалась не отходить далеко от дома, а, лучше всего, вообще не выходить со двора. Во дворе она собственноручно высадила маленький цветочный садик и была готова сутками напролёт ухаживать за ним. Цветы и в самом деле были очень красивые.

Все надежды семьи пошли прахом, когда у старшей сестры открылся магический дар. У родителей это вызвало настоящий шок, но больше всего была напугана сама Амелия. По правилам, теперь родители должны были известить Церковь и навсегда отдать свою дочь в Круг. В Казематы, бывшую тевинтерскую тюрьму для рабов – место, пользующееся у горожан дурной славой. Но как? Как Амелия, боящаяся всего вокруг и обретающая спокойствие лишь под крышей родного дома, будет жить в Казематах, в окружении незнакомых людей и под постоянным надзором отнюдь не дружественно настроенных храмовников? Одна только мысль об этом вызывала у Амелии дикий, почти животный ужас. Она была убеждена, что не пройдёт Истязания и, будучи насильно выдернутой из привычной домашней обстановки, никогда не сможет научиться контролировать свои магические способности.

Эта убеждённость Амелии заразила всю семью. Родители приняли решение – не отдавать старшую дочь храмовникам, а укрыть дома, ибо только это может обеспечить ей спокойную жизнь. Что же касается её магического дара… ну, посмотрим – может, это совсем не так страшно, как говорят.

Мередит старалась всячески поддерживать старшую сестру. Она умерила свою обычную живую активность и всё реже отправлялась в долгие прогулки по окрестностям Киркволла. Вместо этого, она проводила большую часть времени, играя с Амелией и радуясь тому, что сестру никуда не забрали, не заперли в Круге. Родители, тем временем, старались как могли, пытаясь заработать денег и обеспечить своим дочерям благополучие и уверенность в завтрашнем дне.

Увы, никто в семье не мог научить Амелию управлять своим даром, никто из Станнардов ничего не смыслил в магии. И этот дар – который, скорее, следовало считать проклятием – всё чаще прорывался наружу. В доме то и дело происходили странные и пугающие вещи, и соседи, почуяв неладное и догадавшись что в доме прячут мага, донесли об этом храмовникам. Соседей трудно осуждать, они боялись за себя и свои семьи, и были уверены, что поступают правильно.

О дне, когда в дом Станнардов явились храмовники, Мередит нынче не хочет вспоминать. Она не хочет вспоминать том, как её любимая сестра сошла с ума от страха и разом превратилась в чудовище, в одержимую, разорвав на куски собственную мать и отца, а затем ещё семьдесят человек, прежде, чем храмовники смогли её уничтожить. Погибли все соседи – все те, кто по своему желал сёстрам только добра.

Рыцарь-капитан храмовников, сэр Уэнтворт Кэлл, который командовал отрядом, уничтожившим одержимую, объяснил Мередит, что именно произошло с Амелией. Он рассказал про Тень, про магов и демонов и про священный долг ордена храмовников. Именно тогда у девятилетней Мередит созрело решение навсегда связать свою жизнь с орденом. Лицом к лицу столкнувшись с одержимостью и будто разом повзрослев, она поняла, насколько в действительности опасны маги, и что Круги были придуманы не просто так. Да и, к тому же, ей было просто некуда идти.

Она сказала рыцарю-капитану, что желает вступить в орден, и нашла у него понимание.

Став послушницей Церкви и поступив под опёку сэра Уэнтворта, Мередит обучалась всем навыкам храмовников с удивлявшими многих усердием и настойчивостью. И у неё была для этого веская причина – она воочию убедилась в нужности того, чем занимаются рыцари ордена.

Из-за того, что её родители любили Амелию и старались оградить её от страданий, погибли семьдесят ни в чём не повинных людей. Мередит поняла, что, как бы ни был плох Круг, и как бы ни были суровы порядки в нём, но только изоляция магов в Круге является лучшим выходом для всех. По крайней мере, невинные люди не погибнут. Сочувствие по отношению к тем, кто обладает магическим даром, не может превалировать над безопасностью тысяч мирных жителей Киркволла, и обеспечить эту безопасность – работа храмовников. Эмоции здесь неуместны. Хладный труп выглядит куда убедительнее чьих-либо свобод.

Сэр Уэнтворт возлагал большие надежды на свою ученицу и воспитанницу. Для бездетного рыцаря Мередит стала приёмной дочерью, которую он любил и успехами которой восхищался. Когда в 9:14 Века Дракона преклонный возраст и стремительно ухудшающееся здоровье лишили сэра Уэнтворта возможности исполнять обязанности рыцаря-капитана, он, с позволения рыцаря-командора сэра Гильяна, объявил Мередит своей преемницей и торжественно передал ей свой именной двуручный меч. Мередит до конца жизни сэра Уэнтворта испытывала к своему наставнику и опекуну глубочайшие уважение и старалась почаще навешать его в церковной обители – даже в те последние месяцы перед смертью, когда он полностью обезумел и перестал её узнавать.

В ранге рыцаря-капитана Мередит быстро нашла общий язык с сэром Гильяном. Её служебное рвение и неустанная забота об интересах ордена производили на стареющего рыцаря-командора самое благоприятное впечатление. По совету Мередит правила в Круге были изменены в сторону более тщательного контроля за распорядком жизни магов и более успешного выявления любых подозрительных активностей. Одобряя её преданность долгу, сэр Гильян начал обращаться к Мередит за советом в самых разных ситуациях. Она обеспечивала выполнение всех его приказов – иначе говоря, мешала всем остальным храмовникам эти приказы саботировать.

Благодаря неустанным усилиям Мередит и сэра Гильяна, влияние храмовников росло, появилось много желающих вступить в орден, что позволило храмовникам стать крупнейшим вооружённым формированием в Киркволле. Всё это вызывало довольно нервную реакцию у тогдашнего наместника – Перрина Трендхолда, человека злобного и недалёкого, постоянно подозревавшего храмовников в покушении на свою власть, несмотря на то, что сэр Гильян старательно дистанцировался от любого вмешательства в политические игры и ни в чём не препятствовал наместнику.

Ситуация изменилась в 9:21 Века Дракона, когда из жажды наживы наместник распорядился блокировать цепями свободный проход судов через пролив Недремлющего моря и установил высокие торговые пошлины для орлесианских кораблей. К тому времени Перрин уже практически растерял поддержку как знати, так и простых жителей Киркволла, но всё ещё держал город в железном кулаке, благодаря армии наёмников, состоящих у него на службе. Необходимость платить этим людям, собственно, и явилась основной причиной для резкого повышения торговых пошлин. Это уже был открытый вызов сложившемуся порядку вещей, боле того, это было губительно для морской торговли, благодаря которой и существовал город. Дворяне Киркволла, давно уже разочаровавшиеся в своём наместнике, отчаянно взывали к рыцарю-командору, прося его предпринять хоть что-то, пока не стало слишком поздно. Однако, орден не стал бы вмешиваться и в этот раз, если бы не понукание со стороны Церкви. Орлей пригрозил Киркволлу военными действиями, а Верховная Жрица Беатрикс III, весьма тесно дружившая с орлейским императором, буквально заставила сэра Гильяна надавить на наместника и потребовать отмены отданного распоряжения. Чтобы наместник быстрее думал, храмовники самостоятельно сняли цепи, перегораживавшие пролив.

Ответ Перрина не заставил себя долго ждать: его армия наёмников получила приказ изгнать церковный орден из города. Не желающих уходить – уничтожить. Казематы были взяты штурмом, а рыцарь-командор Гильян схвачен и незамедлительно казнён по велению наместника.

Затея вполне могла выгореть, если бы не решительные действия рыцаря-капитана Мередит, оказавшейся на тот момент вне стен Казематов и благополучно не попавшей под раздачу. Мередит собрала вокруг себя всех храмовников, которых смогла найти, и двинулась к поместью наместника. После ожесточённых уличных боёв, заставивших содрогнуться весь город, победа досталась храмовникам. Перрин был арестован и заключён в тюрьму, а Владычица Церкви Эльтина повысила Мередит до ранга рыцаря-командора.

Триумф Мередит был впечатляющим. С одной стороны, она отвела от Киркволла угрозу новой войны с Орлем, а с другой – избавила горожан от династии жестоких и непопулярных властителей, прекратив правление рода Трендхолдов. Надо ли говорить, что после того дня Мередит стала вхожа во все круги высшего общества Киркволла, а её влияние на знать, подкреплённое авторитетом Владычицы Церкви, стало неоспоримым.

Действуя из лучших побуждений и стремясь не допустить очередного кровавого конфликта светской и церковной власти, свежеиспечённый рыцарь-командор решительно вмешалась в управление Киркволлом. По её настоянию новым наместником был избран лорд Марлоу Думар – человек слабой воли и незначительного влияния. Единственной реальной силой, которой располагал лорд Думар, была поддержка со стороны Мередит и храмовников, о чём рыцарь-командор никогда не позволяла ему забывать. Во время правления лорда Думара орден храмовников в Киркволле достиг наивысшего могущества, а воля рыцаря-командора прослеживалось практически во всех решениях наместника.

Часть III

Пробный пост:
(Помещу здесь свой пробный пост из старой анкеты, на тему "Вашему персонажу преграждает дорогу стража", но могу написать и что-нибудь ещё):

  Стражник, преградивший дорогу, угрюмо произнёс:
- Извиняйте. Проход закрыт.
  Рыцарь-командор Мередит Станнард остановилась – не столько по причине произнесённых слов, сколько от удивления. Поначалу она даже не поверила своим ушам. Даже усталый конь, которого Мередит вела под уздцы, недовольно заржал и затряс гривой.
- Что? – тоном, не предвещающим ничего хорошего, осведомилась Мередит.
- Вход в город закрыт по приказу рыцаря-командора, - пробубнил стражник заученную фразу. У него было тёмное, обветренное лицо, с покрасневшими от постоянного недосыпа глазами. Слова он произносил неохотно, будто заставляя себя их выдавливать. За спиной стражника виднелись ещё трое его сослуживцев – в тяжёлых кольчугах, с оружием наизготовку.
- Я знаю, я сама отдала этот приказ, - сухо сказала Мередит, рассматривая простоватую, лишённую отпечатка мысли физиономию служаки. – Я – рыцарь-командор.
  Она изменила позу так, чтобы стражникам стала лучше видна позолоченная рукоятка её меча, украшенная орденским гербом. Впрочем, это, как и золотые рыцарские шпоры на ботфортах, и без того наверняка не укрылось от взора караульных – однако же не произвело на них ни малейшего впечатления.
- Проход закрыт, - ещё раз произнёс стражник. Освобождать дорогу он определённо не собирался.

  Морской бриз дунул в лицо солёной влагой, вместе с горьким привкусом дыма от литейных мастерских Нижнего города. За спиной рыцаря-командора глухо рокотала толпа беженцев, пытавшаяся, как и она сама, ступить за городские стены. Люди причитали на все голоса, плакали, ругались.
- Да плюньте вы них, милсдарыня, - посоветовал Мередит один из оборванцев, заросший бородой по самые глаза. – Это ж истуканы чугунные. Мы тут, почитай, третий день стоим.
  «Вы-то можете и год ещё стоять, - злобно подумала рыцарь-командор, - повылазили со своих ферелденских помоек, разносите заразу. Мор вас всех подери».

  Рыцаря-командора передёрнуло от отвращения, когда она вспомнила про оспу, то и дело косящую в Ферелдене всех без разбора. Она оглянулась. Беженцев действительно было много. Грязные, одетые кое-как, прижимающие к себе наспех собранные тюки с убогим скарбом, они сломя голову бежали из родных земель, спасаясь от Пятого Мора. Бежали в Вольную Марку, к «большому удовольствию» местных жителей, которым только понаехавших толп здесь и не хватало, для полного счастья. И одному Создателю было известно, не скрывались ли среди этой разношёрстной публики ферелденские маги-отступники.

  Мередит протянула руку и ткнула ею в грудь несговорчивого стражника.
- Позови сюда капитана стражи. Быстро!
  Стражник даже не пошевелился.
- Капитан Эвальд сейчас очень занят. Он просил нас его не беспокоить.
  Гладкий, лоснящийся, будто вывалянный в масле, гном-наземник протиснулся сквозь толпу и ловко ухватил рыцаря-командора за локоть.
- Любезная госпожа хочет попасть в город? О, это нетрудно устроить, - жирные щёки гнома расплылись в угодливой улыбке. – Если у госпожи найдётся некоторая сумма золота, необходимая на компенсацию неизбежных расходов, мы могли бы помочь ей договориться с отважной городской стражей. Поверьте, это не так сложно, как кажется…
  Мередит повернула голову и уделила своему непрошенному «благодетелю» презрительный взгляд. Одет гном был нарочито неброско, в простенький кафтан ремесленника и стоптанные башмаки, однако цветущий внешний вид и тщательно, волосок к волоску, ухоженная борода, смазанная недешёвым лосьоном, говорили о том, что он отнюдь не бедствует в это непростое время.
  «Общество, - догадалась Мередит. – Подпольная воровская гильдия. И ведь не стесняются, мерзавцы. Вот уж действительно – кому война, а кому мать родна».

  Презрительно фыркнув, она освободила свой локоть из липких пальцев дельца, и вновь обратилась к страже.
- Повторяю для тупых и слабослышащих. Я – рыцарь-командор Мередит Станнард (при этих словах лоснящийся благополучием гном аж присел от неожиданности и поспешил бочком-бочком скрыться в толпе). Дайте же мне пройти!
- И нам, и нам! – закипели возмущённые голоса за её спиной. – А мы чем хуже!
  Заметив отсутствие реакции со стороны караульных, Мередит грозно заиграла желваками. Будь она в доспехах, она бы, ни минуты не колеблясь, ринулась в бой, дабы научить этих истуканов правилам вежливости. Сейчас она даже жалела о том, что так долго оставляла без внимания жалобы на произвол и бездействие городской стражи. О, да, этот гадюшник давно пора было хорошенько перетрясти!
  Но, увы, отправляясь в короткую поездку по личным делам, она и не подумала облачиться в доспехи рыцаря-командора, дабы не привлекать к себе ненужное внимание. Сейчас на Мередит была надета лишь походная куртка из плотного серого сукна, кожаные штаны для верховой езды и высокие, добротно сшитые ботфорты. Удобный наряд для путешествий, но не слишком удобный для боя «один против четырёх». У стражников были кольчуги и шлемы, но Мередит была уверена, что всё равно справилась бы с ними – вот только какой ценой? Очень не хотелось в разгар боя получить боевым топором по незащищённой голове. Стражников-то в городе много – а рыцарь-командор только один. И не факт, что доходяга Каллен, нынешний рыцарь-капитан, сможет удержать Киркволл в узде, если его не будет направлять железная воля Мередит.

  С моря налетела туча, заморосил мелкий холодный дождь. Обычная киркволльская погода, что резко меняется едва ли не каждый час. Дождь брызгал на толпу беженцев, мочил вшивые, растрёпанные волосы и стекал струйками по грязным лицам. В толпе заохали, застонали, матери спешили укрыть от дождя младенцев, прижимали их к высохшей груди и укутывали в грязные тряпки. Затем в городе несколько раз гулко ударил колокол, и перед воротами показалась небольшая процессия. 

  Под охраной храмовников, служители Церкви несли большие деревянные ушаты, источающие тяжёлый мясной запах. Процессия, сопровождаемая жадными взглядами толпы, шествовала важно, чинно. Мечи храмовники, в такт их шагам, бряцали о латы, служители читали вслух строки из Песни Света. В ушатах же смрадно булькала и пузырилась густая похлёбка из объедков с рыцарского стола.
  «Ах, да, - вспомнила Мередит. – Сегодня же четвёртый день недели, мясной день. Церковь кормит нищих».
  Выйдя за ворота, процессия остановилась и поставила свою ношу на землю. Выдвинувшись вперёд, храмовники удерживали толпу, пока церковная сестра торопливо читала благодарственную молитву Создателю. Закончив чтение, сестра благословила содержимое ушатов и поспешила исчезнуть.

  Храмовники расступились, и голодные беженцы набросились на еду. Они лезли в ушаты грязными руками, выхватывая оттуда кости и куски мяса, черпали щербатыми мисками густую жижу, рыгали и чавкали.
- Рыцари, ко мне! – приказала храмовникам Мередит. Она не понимала, почему храмовники её не приветствуют. Мередит стояла от них буквально в двух шагах, так что не увидеть её было невозможно. Но, не обращая никакого внимания на своего командора, храмовники поспешно протиснулись мимо стражников и скрылись за стенами Киркволла. Да что ж такое-то творится?! И когда началось?

  Мередит, наконец, приняла решение. Холодная усмешка тронула её губы: ну что же – если иного выхода нет, то пусть будет так, как желает Создатель. Она положила ладонь на позолоченную рукоять и спокойно, без лишней спешки, вынула меч из ножен. Под низким серым небом холодным лириумным отсветом загорелись руны, выплавленные на клинке. Толпа беженцев ахнула, стоящие ближе в страхе отшатнулись. Никому из них не хотелось попасть под горячую и вооружённую руку.
- Я даю вам последний шанс, - раздельно выговорила Мередит, сделав акцент на слове «последний». Она подняла меч. – Или вы пропустите меня, или я прорублюсь сама. Надеюсь, канцелярия наместника оплатит ваши похороны.

  Стражники переглянулись и засмеялись скрежещущим нехорошим смехом, затем одновременно расплылись, потускнели. Контуры их фигур начали стремительно меняться, превращаясь во что-то ... что-то хорошо знакомое едва ли не каждому храмовнику. Рыцарь-командор мотнула головой, недоверчиво моргнула и внутренне похолодела. Стражники исчезли, теперь перед ней стояли четверо одержимых. Самых настоящих, смертельно опасных, жаждущих хаоса, крови и смерти, как и все исчадия Тени. Четыре огромные уродливые фигуры, с тёмными как сама Пустота глазами. Совсем, как та тварь, в которую превратилась несчастная Амелия.
  Амелия… О, Создатель, неужто моё прошлое теперь до конца дней будет преследовать меня?! В каждом из этих безобразных монстров я буду видеть отражение того, чем стала моя сестра...

  Меч рыцаря-командора взвился в воздух. Громко, нараспев, Мередит начала читать стих из «Песни благословений», занося клинок для удара:
- Благословенны те, кто встаёт против зла и скверны, и не отступает. Благословенны…
  В ответ стоящий ближе других одержимый протянул уродливую лапу и осторожно потряс рыцаря-командора за плечо.
- Госпожа Мередит.
  Молитва запнулась на полуслове, рыцарь-командор ошалело уставилась на одержимого и попыталась вырваться из его клешни. Но тот всё настойчивее терзал её плечо.
- Госпожа Мередит.

… Мередит Станнард открыла глаза. Её трясла за плечо девушка в церковных одеждах. У неё роскошные русые волосы, завитые в затейливые косички, и милое лицо, слегка испорченное лириумным клеймом на лбу. Ну да, это же Эльза, личный помощник рыцаря-командора, усмирённый маг.
- Госпожа Мередит, проснитесь же, - монотонно повторяла Эльза, теребя рыцаря-командора. – К вам посыльный от наместника Думара. Срочное дело.
  Мередит огляделась. Неужели она уснула прямо так – среди бела дня, сидя в кресле в своём кабинете, с книгой в руках? Она бросила взгляд на титульный лист – «Предостережения церковного учёного брата Дженитиви относительно иллюзий и обманов, поджидающих нас в Тени».
  Мередит вспомнила, что попавшая ей в руки некоторое время назад книга Дженитиви «Киркволл: город цепей» настолько понравилась вниманием к деталям и простым и понятным языком автора, что рыцарю-командору захотелось ознакомиться на досуге и с другими сочинениями учёного брата. Но что означает этот странный сон? Обман? Иллюзия? Неужто Тень теперь может свободно влиять даже на храмовников? И что случилось бы с Мередит, если бы Эльза вовремя её не разбудила? Если бы рыцарь-командор погибла во сне – а шансы у неё были. Наверное, ничего бы не случилось – простой сон всегда был безопасен для человека. Но всё же…
  Впрочем, ладно. Подумать об этом можно и позже. Возможно, Орсино сможет что-то прояснить.
  Рыцарь-командор скривилась словно от зубной боли при мысли о верховном чародее Круга. Она терпеть не могла Орсино, но была вынуждена признать, что больше всех о Тени, пожалуй, знает только он. Однако же, сейчас нужно было заняться текущими делами.
  Кивнув Эльзе, Мередит поднялась с кресла. Положила книгу на стол. Надо будет всё же дочитать до конца – потом, после разговора с Орсино.
- Зови посыльного, - приказала Мередит Эльзе.
  «Посмотрим, где на этот раз жидко обделался наш любезный господин Думар» - проворчала она про себя. И да, нужно будет не забыть сменить капитана стражи. Просто на всякий случай.

Связь:  E-mail:  konigs_tiger@rambler.ru
Ваши познания во вселенной Dragon Age:  Играла в DA:Origin и DA2. Об остальном более-менее знаю благодаря Вики.
Пожелания:  Особых нет. Как говорится: «я за любой кипиш, кроме голодовки».
Согласны ли вы с правилами проекта и готовы ли соблюдать их:  Да. Не со всем согласна, но соблюдать буду. Тем более, что соблюдать стандартную часть правил (ну там, не оскорблять, не провоцировать, не разглашать) несложно, а если и проколюсь во второстепенных мелочах –  изобразив не тот характер или не ту последовательность ходов – то этого никто и не заметит.

Отредактировано Meredith Stannard (2018-02-05 14:00:37)

+2

2

Meredith Stannard, тэк-с, леди Станнард. У нас у Каллена (хоть он сейчас и в жутком лоу) в анкете описано, что он пытался за вами приударять. Привожу цитату.

Cullen Rutherford [x] написал(а):

Но лучшее и худшее, что произошло в Вольной Марке с Калленом – Мередит Станнард. Она была жесткой и беспринципной женщиной, которая в трудную минуту поверила в него и дала шанс. Так, во всяком случае, воспринимал ее Каллен.
Когда Каллен почувствовал, что готов двигаться дальше, и что хочет любить и быть любимым, он обратил свой взор на Мередит. Она тоже переживала из-за происходящего в Киркволле, из-за магов, и Каллен хотел помочь ей. Вытащить из того же ужаса, в котором когда-то находился сам, и в процессе влюбился в нее еще сильнее.
С этой женщиной Каллен пытался строить будущее, однако Мередит не особо хотела становиться чьей-либо женой, да и вообще, была довольно замкнутой. Для Каллена она была как закрытая книга: она неохотно делилась переживаниями, не любила говорить о происходящем в ее жизни, но храмовник не сдавался, и вскоре они стал ближе друг другу.
«Я не жалею ни о чем. Неважно, какой ее запомнит мир: важно, какой ее помню я.»

Каллен встречался с Мередит почти десять лет, но в последние несколько лет у них начался кризис отношений. Именно в этот период женщина окончательно сошла с ума из-за красного лириума. Результат предсказуем и широко известен: Командор потеряла контроль над собой, и наркотик ее погубил.


Надо это немного свести с тем фактом, что вы предпочитаете видеть Мередит, как предпочитающую эльфиек-служанок. Конечно, это может быть иллюзия воспалённого младого разума рыцаря-капитана Резерфорда, и все эти ухаживания вполне могут быть односторонними, но всё же хотелось бы видеть от вас хотя бы частичную реакцию Мередит на этот факт.

0

3

На самом деле, я обратила внимание на этот момент в биографии Каллена и думала обыграть это по-своему, добавив пару строчек в раздел "Слухи", просто забыла, отвлеклась на доработку других частей анкеты. Полностью абзац выглядел бы так: 

"Ходят слухи, что молоденькие эльфийские служанки, убирающие в покоях рыцаря-командора, периодически проводят там больше времени, нежели это необходимо для простой уборки, а, выходя, загадочно улыбаются. Ходят слухи и о том, что рыцарь-капитан Каллен Резерфорд бывает в кабинете Мередит чаще, чем этого требует служебная необходимость. И, что уж совсем не входит в его обязанности, иногда дежурит ночью в её покоях, объясняя свои действия заботой о безопасности рыцаря-командора.
Но подтвердить или опровергнуть эти слухи никто не может, ибо никто из посторонних не имеет доступа в личные покои Мередит - об этом заботятся телохранители рыцаря-командора, набранные ею из наиболее доверенных храмовников, и непосредственно рыцарь-капитан. Спросить же Мередит напрямую желающих тем более не находится".

Иначе говоря, всё на уровне слухов - хотите верьте, хотите нет.
С одной стороны, сплетни об эльфийках вполне могут распространять недоброжелатели рыцаря-командора, выдумывающие всякую чушь. Ведь обвинить Мередит - фактического правителя города - в связях с эльфами, с низшей расой, с пылью подзаборной, это вполне подходящий способ опорочить её имя.
С другой стороны, эльфийские служанки - это самый доступный объект для реализации скрытых желаний и необычных фантазий, ибо бесправны, как все эльфы, и всегда под рукой. Начнут болтать лишнее - во-первых, никто не поверит, а, во-вторых, болтливый язык тут же можно отрезать, вместе с головой. Возмущаться никто не будет, потому как на эльфов всем плевать.
Равно как и связь Мередит с Калленом.
С одной стороны, об этом могут попусту трепать языками молодые храмовники и прочие послушники и орденские полубратья. Ведь молодёжь хлебом не корми - дай перемыть косточки строгим начальникам. Один придумал, остальные подхватили.
С другой стороны, определённая симпатия Мередит к Каллену налицо. Она своими руками продвинула чужака-ферелденца по карьерной лестнице и приблизила к себе. Принято считать, что это из-за того, что она нашла в нём единомышленника в своём отношении к магии, но лишь в этом ли дело?

0

4

Meredith Stannard, это вполне возможно вписать на уровне слухов, ничего против не имею) Добавляйте и тогда примем)

0

5

Внесла правку.

0

6

ВЫ ПРИНЯТЫ

Для начала, просим вас оформить дневник персонажа.
Затем оформите профиль и загляните в тему "Награды и достижения".
Заявку на поиск соигрока вы можете подать здесь.

По вопросам обращайтесь к администрации или пишите в соответствующие темы.

ПРИЯТНОЙ ИГРЫ!

0


Вы здесь » Dragon Age: A Wonderful World » Архивные дела » "Я не потерплю неподчинения"